Семёныч и Англия

Разбитная жизнь крепко сжимала меня в своих объятиях. Я не сопротивлялся и даже способствовал этому. Новые знакомства, встречи и бесконечные разговоры... И девушки. Девушки постоянно были моим окружением. Я сорил деньгами, доставляя неслыханное удовольствие своим подругам.

Но дело своё знал и никогда не подводил владельцев заведений. Меня уважали. И несмотря на моё увлечение наркотой, всё еще «рвали» на части. И даже предлагали выгодные контракты. Однако, из-за недостатка жизненного опыта, я не сделал правильный выбор. Оставив при себе самое ценное, на тот момент, свободу.

Семёныч и Лондон

Лондон слыл клубным раем, в котором каждый вечер собиралось более двухсот тысяч человек. И недостатка в творческой работе я не испытывал. Но всё, рано или поздно кончается. Вот и со мной произошло нечто подобное.
Однажды, под утро, в сильном подпитии наша шумная компания угодила в полицейский участок близ Трафальгарской площади. 

И всё бы ничего, но у меня не было с собой документов. Всех участников нашей компании довольно быстро отпустили. А поскольку только у меня оказались наркотики, я остался в одиночестве, один на один с тамошними бомжами.

Я, физически сильный и неробкого десятка, не на шутку перепугался, когда местные бомжары пытались стянуть с меня одежду...
– I need your clothes and shoes! – сказал на ломаном английском, чумазый и воняющий гнилью, араб. И протянул свои немытые руки в мою сторону. А второй, приблизившись вплотную, стал стягивать мои новенькие кроссовки «Adidas».
Я врезал ему ногой по роже и заорал что было мочи.
– Help me!

И только чудо, примчавшееся на мой крик, в лице местного констебля, спасло меня от этого унижения. В середине дня меня доставили к комиссару, который лично решил побеседовать со мной. Я был в полном оцепенении, негодовании и непонимании.

Во-первых, наркоту мне кто-то подложил. А во-вторых, все мои знакомые, которых я щедро угощал, сделали вид, что со мной незнакомы. Волнение и страх охватили меня.

Я не знал, что делать. Как выкрутится из этой ситуации. Решил молчать. И это было не самым верным решением, которое пришло мне в голову.
Комиссар, не услышав не единого слова, отравил меня в камеру. Слава Господу, что один из полицейских чинов, любитель попить пивка, узнал меня и доложил об этом начальству.

Тогда всё и завертелось. Полиция быстро вычислила моё настоящее имя и место проживания.
Через полчаса, снова оказался в кабинете комиссара, в котором находилась моя мама. Она плакала. Я тоже прослезился. Я попытался обнять её. Но полицейский, крепкой рукой, остановил мой порыв.

Учитывая мой возраст, меня отпустили, без всяких последствий, поставив на учёт. И сообщили, что в случае повторного задержания, примут все надлежащие меры, вплоть до высылки из страны.

***

Я открыл глаза и увидел комнату, залитую неяркими светом. Это не было похоже на жилище сказочной принцессы. Сквозь решетку на окне, в помещение просачивались лучи солнечного утра....
– Блядь! – Заорал я, что было мочи...

Томск и Семёныч

Подтянувшись за подоконник, я взглянул сквозь ржавые решётки. За окном было всё в снегу. Бескрайняя снежная равнина, ни кустика, ни человека... Где –то вдалеке слышалась музыка оркестра.
– Блядь! Где я?  –  В мозгу бушевала буря эмоций, я рвал и метал в тесном помещении камеры. Голова разрывалась на части. Бешенная дрожь охватила всё тело.

Я заорал во всю мощь своего голоса. – Откройте бляди! Выпустите меня!
Через некоторое время, зашуршали ключи и широко распахнув дверь в комнату вошел огромный человек в белом халате. Ни слова ни говоря он всадил мне укол и вышел.
Я рухнул на нары и, успокоившись, уснул....

****
Свобода пришла неожиданно. В виде главного врача Томской клинической психиатрической больницы, отделения для творческих личностей.
– Ну, как мы сегодня? – обратилась ко мне миловидная дама плотного телосложения.

Я огляделся. В комнате никого не было.
– Скажите ради Бога, где я? – сложив руки в мольбе, я встал на колени, потеряв всякую надежду.

– Да вы сударь, оказывается в полном порядке! – Она пристально посмотрела на меня, хитро улыбаясь прищурив глаза.
– Вы, сударь в замечательном месте, где проводят свой досуг люди, со слегка избыточным чувством восприятия. И вам, совершенно не о чём беспокоится. – И подойдя ко мне, поправила мои растрёпанные локоны, словно заботливая мамаша.

– Ну что, всё хорошо, идём на поправку.
Сейчас 2010 год. Вы находитесь в Томской клинической психиатрической больнице. И беспокоится не о чём. Сегодня вы встретитесь со своими, так сказать, коллегами. Вы же сын Элтона Джона, да? – она снова улыбнулась...

Я смотрел на неё ошалевшим взором.
– Почему я здесь? – едва слышно задал этот банальный вопрос.
– Так вы что же, ничего не помните? – Дама в белом халате, взглянула в свой блокнот. – Ну что же, я вам скажу вкратце.
–  Ваше чудесное появление здесь не случайно. Вас, еле живого сняли с поезда... Вы тогда представились сыном Элтона Джона, знаете такого британского исполнителя?
Я кивнул.
– Кричали, что вы Барон Фон Бокмаер из Кёльна, грозились войну со мной начать.

– Так вот – Продолжила дама. Вы замечательно поёте, спору нет, но в голове у вас столько мусора и шлаков, что непонятно, как вы вообще с этим жили. Да! И наркотические препараты, порядком подорвали ваш молодой организм. – Она снова заглянула в блокнот

– И не разборчивый выбор сексуальных партнёров, довел вас, мягко говоря, до полного изнеможения, почти... Так нельзя жить! – Доктор, слегка улыбнувшись, снова повела меня на экскурсию в прошлое...

– Можно я прилягу? Мне нехорошо. – Подойдя к кровати я свалился словно подкошенный.
Где-то вдали завыла сирена, смешиваясь с музыкой удаляющегося оркестра.
– Я вам помогу! – Доктор вколола укол, и белая пелена заполнила всё пространство...

Продолжение следует...

Сновидения и галлюцинации про мэра Семёныча


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded